Почему так трудно вернуть похищенных детей?

December 12, 2017

Вслед за августом, после того как в Европе да и в большинстве стран мира заканчивается период летних отпусков, увы, происходит одно и то же: начинается подсчет детей, похищенных собственными родителями. И, самое печальное, упражнение это требует с каждым годом все больше сил, поскольку арифметика «родительского воровства» удручает своими прогрессирующими масштабами.

Андрей Федяшин, политический обозреватель РИА Новости.

Вслед за августом, после того как в Европе да и в большинстве стран мира заканчивается период летних отпусков, увы, происходит одно и то же: начинается подсчет детей, похищенных собственными родителями. И, самое печальное, упражнение это требует с каждым годом все больше сил, поскольку арифметика «родительского воровства» удручает своими прогрессирующими масштабами.

Августовский всплеск объяснятся легко: во время сезона отдыха люди более всего передвигаются по миру, берут с собой детей по согласию с одним из родителей, а потом увозят за кордон и не возвращают. Счет таким похищенным сегодня идет уже на многие десятки тысяч. 
Британцы и американцы, которые давно уже ведут такую статистику, утверждают, что конец лета ежегодно стал приносить все большее и большее число «детей раздора». У англичан она, к примеру, в прошлом году выросла на 20% в сравнении с 2005-м (статистики за этот год, естественно, пока нет). В 2008-м на Британских островах было похищено родителями и вывезено за пределы Соединенного королевства почти 500 детей от смешанных браков. Более всего (30 человек) увезли в Пакистан. Вслед за ним идут США, Ирландия, Испания, Австралия, Франция, Египет. С 1995-го года число похищений выросло на 93%. От этого года ждут дополнительной «прибавки».

В США масштабы, ясное дело, иные по причине иной численности населения. В Америке ежегодно похищается собственными родителями около 350 тысяч детей (в эту статистику входит не только вывоз детей за рубеж, но и вывоз их в другие штаты США). Большая часть детей, как уже говорилась, «исчезает» в период летних отпусков.

Феномен умыкания детей собственными родителями, который в последние годы так громко постучался в Россию, на Западе известен уже давно. Мы к нему пока лишь прикоснулись. Благодарить за это надо не так уж и давно обретенную свободу открытых границ и браков, которые, что уж тут греха таить, заключаются очень часто по принципу «лишь бы выехать», а там… Инкубационный период такого «там» (причем очень часто и в прямом, и в переносном смысле «инкубационный») заканчивается обычно печально. Зарубежные суды, по большей части, возвращают ребенка на землю «постоянного проживания», а мы впадаем в морализаторские упражнения по поводу отрыва ребенка от матери. И мало задаемся вопросом, почему такие не столь уж отсталые страны, как, к примеру, Франция или Финляндия, вдруг отказывают матери «в ребенке» и отдают его отцу? Откуда такая нецивилизованная, антиматеринская жестокость?

Надо сказать, что этот кошмар будет продолжаться и дальше, поскольку на просторах России до сих пор не приживлены применяемые в других странах международно-правовые нормы возвращения детей законным родителям. У нас есть кое с кем лишь вяло очерченные двусторонние юридические соглашения (c Францией даже таких нет), которые можно интерпретировать иногда в ту, а иногда и в другую сторону.

Россия до сих пор не стала подписантом ни Гаагской конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей, ни ее европейского аналога под несколько иным названием. Первый документ был подписан еще в 1980-м году и вступил в силу в 1985-м. На конец августа этого года его участниками стали уже 80 государств. Сейчас о присоединении подумывает Япония, которую очень сильно журят за то, что она и не думает возвращать детей, которых японские мужья увозят в Японию и не отдают своим бывшим женам иной национальности. Это примерно 100 случаев ежегодно.

Почему мы не подписали Гаагский документ ни в конце 80-х, ни в 90-х, в общем, до примитивности ясно. Страна находилась в таком состоянии, что ни до украденных детей, ни до их защиты никому не было никакого дела. А речь-то как раз и идет о защите детей, поскольку, и это уже доказано психологами, при таких вот кражах, более всего страдает детская психика. Часто невосполнимо и неизлечимо. Родители, естественно, тоже получают психологическую травму, но что она в сравнении с ударом по детской? Да и то, это отнюдь не все и не большинство родителей. Американские и английские психологи утверждают, что в большинстве случаев ребенка похищают вовсе не из любви к своему крошке, а чтобы досадить бывшему партнеру по браку. И нет оснований полагать, что англосакская психология в этом отношении чем-то особо отличается от, скажем, российской.

На конец августа, если верить нашему МИД, Россия лишь начала прорабатывать этот вопрос «в профильных ведомствах и изучает практику применения конвенции» в других странах.

В нормативной практике РФ до сих пор, между прочим, даже нет понятия «похищение детей одним из родителей». У нас нет и органа, который постоянно занимался бы этими проблемами и в который пострадавшие родители могли бы обратиться. Во Франции - это Высший суд по правам ребенка, в Британии и США специальные отделы при Форин офис и госдепартаменте. То, что мы не подписали Гаагскую конвенцию по возвращению детей, даже не дает нам никакого юридического права требовать возвращения ребенка и не дает определения страны «постоянного проживания ребенка». Мы имеем соглашения об исполнении судебных решений со странами СНГ, но не имеем их со странами Европы и никак не можем унифицировать свое законодательство с европейским. Так что, касаемо защиты детей у нас если и не царствует почти полный юридический вакуум, то ощущается очень сильное кислородное голодание. Плюс еще наложите на все это нашу нехорошую бандитско-нищенско-коррупционную репутацию 90-х, и сразу станет ясно, на чью сторону, скорее всего, склонится иностранный «детский суд». А посмотришь на наши размеры пособий по, скажем, уходу за ребенком, размеры помощи матерям, другие детские социальные статьи, и в голову лезут очень политически вредные мысли типа «а может им и впрямь там лучше?».

В порядке справки: феномен детских похищений родителями сначала стал обнаруживать себя на Британских островах, которые быстро почувствовали на себе все демографические прелести распада колониальной империи и увлечение колоний путешествиями в метрополию. С начала 70-х британцы обнаружили, что смешанные браки очень уж часто начали заканчиваться «исчезновением» плодов их любви. Детей вывозили в Пакистан, Индию, Кению, Бангладеш… Англичане и стали главными инициаторами подготовки и заключения в 1980-м специального международного соглашения по борьбе с похищением детей. Официально оно называется Гаагской конвенцией о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей. Документ призван обеспечить детям (до 16-лет, после 16-ти она перестает действовать) защиту от последствий незаконного вывоза в другую страну и возвращения к месту «постоянного проживания».

Вернуть детей из стран, которые не подписали Гаагскую конвенцию, практически невозможно. И уж почти совсем невероятно вернуть детей из мусульманских государств, типа, скажем, Саудовской Аравии, где предпочтение, в соответствии с нормами шариата, всегда отдается мужчине.

Между прочим, возвращаясь ко все той же британской статистике, из всех 500 случаев похищений 134 ребенка были увезены в государства-неподписанты гаагского документа, включая Россию, Бангладеш, Ирак и Нигерию.

Источник: https://ria.ru/analytics/20090824/182209492.html

 

 

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload

Избранные посты

Законопроект предлагает предоставить судебным приставам право изымать и отправлять в социальные учреждения детей у отцов и матерей, лишенных или огран...

Депутат Госдумы Оксана Пушкина прокомментировала законопроект об изъятии детей, похищенных одним из родителей. Документ Государственная Дума РФ принял...

April 15, 2019

1/3
Please reload

Недавние посты